Воспитание родителей. Часть4

1 апреля 2010 - IndyGo
С.Н. Лазарев. Человек будущего.
Воспитание родителей. Часть 4


Воспитание родителей. Часть4


«Наука всегда молилась животу и куску хлеба, – думаю я. – Религия – наоборот, призывала к отрешенности и заботе о своей душе». Наука учила, как получить побольше удовольствий, как расширить свои возможности. Религия призывала к отказу от удовольствий, к их ограничению. Наука привязывала все интересы к телу, религия говорила о важности духа. В течение пятнадцати столетий религия в Европе ограничивала в человеке страсти и способствовала развитию духа. Последние пятьсот лет начала и продолжает побеждать наука.

Эти два противоположных способа мышления на протяжении многих столетий пытались истребить друг друга. Священники жгли ученых на кострах. Ученые доказывали несостоятельность религии, называли ее опиумом народа. Сейчас наука и религия должны соединиться, чтобы спасти человечество. А соединиться они могут на той территории, где возможно соединение противоположностей.
С.Н. Лазарев. Человек будущего.
Воспитание родителей. Часть 4


Воспитание родителей. Часть4


Содержание

Приятный летний вечер
Ассоциации
«Земляничная поляна»
Происхождение негодяев
«С широко закрытыми глазами»
Пророки
Все дороги ведут в Рим
«И Дух Божий носился над водою»
Барселона
За несколько минут до смерти
Преодоление
Отдых
Спасение пророков
«Что город разрушенный, без стен, то человек, не владеющий духом своим»
Жизнь одного человека
«Мудрость мира сего есть безумие пред Богом»

Выдержки

«Наука всегда молилась животу и куску хлеба, – думаю я. – Религия – наоборот, призывала к отрешенности и заботе о своей душе». Наука учила, как получить побольше удовольствий, как расширить свои возможности. Религия призывала к отказу от удовольствий, к их ограничению. Наука привязывала все интересы к телу, религия говорила о важности духа. В течение пятнадцати столетий религия в Европе ограничивала в человеке страсти и способствовала развитию духа. Последние пятьсот лет начала и продолжает побеждать наука.

Эти два противоположных способа мышления на протяжении многих столетий пытались истребить друг друга. Священники жгли ученых на кострах. Ученые доказывали несостоятельность религии, называли ее опиумом народа. Сейчас наука и религия должны соединиться, чтобы спасти человечество. А соединиться они могут на той территории, где возможно соединение противоположностей.

Наука всегда проповедовала культ тела, его потребностей, религия отстаивала культ духа. В христианстве поначалу тело и дух соединились вместе в душе, где постоянно присутствует любовь. У последователей Христа вера, любовь и нравственность стали отходить на второй план. Душа начала окостеневать, и произошло разделение противоположностей на два непримиримых лагеря. Религия стала агрессивной, началось жесткое отстаивание приоритета духа над телом. У представителей религии появились черствость, лицемерие и жестокость. Власть, статус, превосходство стали более важными, чем любовь и нравственность. Мышление снова стало половинчатым. Гармония исчезла, остались крайности. Понятие о христианской любви осталось только на словах. Чего стоит одна только формулировка приговора еретику: «Казнить без пролития крови, то есть сжечь на костре».

Рано или поздно одна противоположность должна была перейти в другую. Торжество духа должно было превратиться в торжество тела. Переломный период – то, что мы называем эпохой Возрождения. «Интересно, – думаю я, – когда забота о душе перестала быть главной?» Может быть, это началось на первых Вселенских Соборах, где истину определяли, как на партийных собраниях? Может быть, когда христианство стало государственной религией и политические и экономические соображения исказили ту первоначальную картину мира, которую дал Иисус Христос?

Новое вино налили в старые мехи, и оно начало скисать. А в XIV-XV веках оно начало превращаться в уксус. Противоположности развиваются в борьбе и в усилении единства. А единство реализуется на той территории, где присутствует любовь, первоначально объединяющая все во вселенной. Эта территория называется душой человека. Если любовь уменьшается, противоположности теряют ощущение единства и в своем развитии начинают истреблять друг друга. Сначала побеждает дух, потом побеждает тело. Затем они оба погибают.

А кстати, почему у меня стало слабеть зрение? С одной стороны, понятно: неправильные питание и образ жизни. С другой стороны, серьезные перегрузки, связанные с работой. Но, я думаю, есть еще и главный фактор: проблемы с душой. Я многие годы сначала думал о человеке плохо, а уже потом оправдывал его. И всегда был сторонником жестких мер. Теперь я понимаю, почему: для меня принципы были важнее любви и милосердия, главная точка опоры смещена была в область духовного. Я жил крайностями, а это свидетельствует о том, что с душой у меня были проблемы.

Теперь, когда я понял, что в основе человеческого и всего живого лежит душа, все стало понятным, все встало на свои места. Для того чтобы перенести точку опоры с будущего, с духа, – на душу, нужно создать нормальные условия для функционирования души. Это и мировоззрение, и образ жизни, и питание. Человек, воспринимающий мир с точки зрения духа или тела, видит все статичным, неразвивающимся. Только тот, кто живет сердцем, душой, воспринимает мир текучим, меняющимся, развивающимся. Тот, для кого сознание – на первом месте, видит мир неизменным, и если что-то не соответствует его жестким, устойчивым представлениям, у него возникает желание уничтожить то, что грозит обрушением целостной картины мира. Поэтому человек с повышенной гордыней всегда внутренне агрессивен. Его главное счастье – не любовь, единение и помощь другим, а превосходство, подавление других, самовозвеличивание. Такой человек всегда должен быть в центре, вокруг него должна вращаться вся вселенная. Как известно, в течение многих столетий в постхристианском мире истинной считалась геоцентрическая модель мира (Земля – центр вселенной), что являлось свидетельством половинчатого мышления.

Человек, живущий любовью, душой, понимает, что мир может меняться. А значит, речь может идти не об уничтожении обидчика, не о его подавлении, а о его изменении и воспитании. «Блаженны миротворцы, ибо они будут наречены сынами Божиими», – говорил Христос. Миротворцы – это те, у кого душа жива, у кого много любви и энергии. Те, кто чувствуют неразрывное единство со всеми.

В принципе, девять заповедей блаженства, данные Христом, описывают людей с развитой душой. Кто такие блаженные, нищие духом? Как выглядят те, кто не думают о завтрашнем дне? Это те, для кого любовь и душа важнее, чем сознание и будущее. Человек может быть неумным, у него может не быть будущего. Но если у него есть любовь, душа и нравственность, то он стратегически всегда выживет и победит. Счастлив человек, для которого душа важнее духа, потому что в душе живет любовь. А счастье – это и есть обретение любви и постоянное увеличение ее в душе.



Когда Божественная энергия проходит через душу, возникает ощущение радости и счастья, появляется ощущение единения со всем миром. Хочется жертвовать, заботиться, делать других счастливыми. Вот почему апостолы говорили: «Всегда радуйтесь». Человек, готовый радоваться, настроенный на добродушие и радостное состояние, создает режим правильного существования души.

«Странно, – думаю я, – а почему же в православии так сильно выражена тенденция скорби? Почему нужно концентрироваться на своей греховности и постоянно каяться? Почему так мало радости?» Наверное, потому, что, как и в католичестве, произошло смещение в область духа. Когда человек чувствует постоянную правоту, превосходство по отношению к другим, он, естественно, пытается преодолеть это состояние противоположным, то есть самоунижением, ощущением своего несовершенства. Но если считаешь, что дух – в основе всего, тогда грех постоянно будет лезть изо всех щелей, сколько себя ни унижай. Может быть, именно эта попытка преодоления гордыни через самоуничижение и приводила многих христианских святых к онкологии? Распространенная тенденция в православии – ощущать себя безумно грешным и постоянно каяться в своих грехах.

Я задумываюсь: что такое грех? Это утрата любви, единства с Богом. Это утрата Бога в своей душе. Что такое покаяние? Это внутреннее изменение себя – настолько, чтобы больше не вести себя греховно. Это осознание того, что недопустимо вести себя так и быть таким, как раньше. Поведение человека связано с его внутренним состоянием. Если мы хотим изменить свое поведение, мы должны измениться внутренне. Если мы концентрируемся на своей греховности, то это – концентрация на утрате любви, что может привести к еще большей ее утрате. Если грех – это утрата любви и единства с Богом, то преодоление греха – это восстановление любви в душе. Самобичевание, самоуничижение здесь могут быть малоэффективными.

Почему мы утрачиваем любовь к Богу? Потому что нас больше начинает привлекать счастье души, духа и тела. В индуизме есть понятие о трех главных источниках греха. Это вожделение, гнев и жадность. Вожделение – это жадность души к наслаждению. Гнев – это жадность духа к познанию, власти, управлению. Что такое жадность для тела – всем понятно: это неумеренность в еде, сексе, привычках, это потребительство, это ненасытность желаний.

Для того чтобы преодолеть грех, нужно, во-первых, воздержаться от удовольствий, поступающих через тело, дух и душу, а во-вторых, в таком состоянии отрешенности устремиться к Богу и ощутить, что единение с Ним есть высшее наслаждение. Тогда в душе появляются любовь и радость.

Во времена Христа фарисеи постились с печальными лицами, то есть ограничение тела и духа происходило, а любви и радости в душе не было. А значит, пост становился бессмысленным.

Вспоминаю, как лет тридцать назад я пытался поститься, поскольку это было принято. То есть не есть мяса и рыбы. Или просто голодать. А потом почему-то это желание пропало. Позже, когда я более серьезно стал исследовать эту тему, картина прояснилась.

Оказывается, в православии традиционный весенний пост привыкли относить только к телу. По моим наблюдениям получилось, что такой пост может быть даже опасен, если человек не постится и духом. То есть нельзя переживать, раздражаться и обижаться в период поста. Нельзя обременять себя работой, много читать и думать. Во время поста должно отдыхать не только тело, но и сознание.

А год назад, когда я столкнулся с темой души, я понял, что и такой пост может быть опасен. Когда ограничиваешь свое тело в энергии внешней, высшая энергия направляется в сознание; когда ограничиваешь сознание, она течет в душу. Только если ограничить и душу в своих проявлениях, тогда наша подсознательная энергия и наши устремления направятся к Богу и усилят единение с Ним. И это даст возможность преодолеть то, что называется грехом. Значит, самое опасное во время поста – это невоздержанность души. Душа забывает о Боге, устремляясь к удовлетворению своего вожделения. Значит, главное во время поста – это остановка всех видов чувственного счастья.

Что нам дает максимальное наслаждение? Сексуальное влечение к любимому человеку, общение с ним. Наслаждение нам дают сладости, разнообразная, изысканная пища. Ощущение удовольствия и счастья дают нам алкоголь, курение. Значит, в пост, в первую очередь, нужно отказываться от сексуальных контактов, от общения с людьми, от употребления сладкого, чая, кофе, алкоголя, сигарет. Для того чтобы появилась радость от общения с Богом, нужно, чтобы замерли все остальные виды радости. И в тот момент, когда человек сознательно отказывается от всех наслаждений, он должен настраиваться на радость и счастье, получаемые от единения с Творцом.



Я снова вспоминаю о своем негодовании и возмущении. Почему же я все это так близко принимаю к сердцу? Потому что живу не душой, а духом.

Что такое мышление крайностями? Это состояние, в котором я могу испытывать только одну эмоцию – или привязанности, или ненависти. Или поклонение, или превосходство. А если в душе совмещаются противоположности, то человек, живущий душой, должен одновременно испытывать две противоположных эмоции.

Интересно, что же тогда я должен чувствовать, открывая банку с гнилыми консервами? Негодование, раздражение, обиду – это понятно. А как же тут одновременно испытать радость? И вдруг до меня доходит. Наука ведь не зря утверждает, что человек может испытывать лишь одну эмоцию, – наука исходит из таких понятий, как тело и сознание. Тело и дух – это две противоположности, они могут быть связаны только с одной эмоцией. А в душе тело и дух соединяются в диалектическом единстве. Если тело голодает, духу это может быть полезно. Тело страдает, дух радуется. А в душе эти две эмоции соединяются в нечто единое.

Почему душа может держать две противоположности одновременно? Потому что, в отличие от тела и духа, душа изначально состоит из двух половинок, двух противоположностей. В душе есть вечная, Божественная часть – и преходящая, смертная, связанная с этим миром и вселенной.

Вечная часть души, соединенная с Богом и обращенная к Нему, всегда должна испытывать любовь и радость. Ощущение радости – это есть избыток энергии. Если мы радуемся, обращаясь к Богу, значит, мы готовы отдать Ему много энергии. А вот обращенная к этому миру часть души может испытывать переменные чувства. Значит, апостолы были правы, призывая: «Всегда радуйтесь». Надо всегда радоваться тому, что Бог нас любит. Тому, что мы можем отдавать Ему свою любовь и благодарность. Тому, что мир устроен в высшей степени разумно. Тому, что вся вселенная, развиваясь, увеличивает любовь. Тому, что все мы, рано или поздно, вернемся к Богу и соединимся с Ним, станем Им.

Это непрерывное чувство любви и радости, которое всегда должно быть рядом с чувствами и эмоциями, связанными с любой ситуацией, не позволит нам зависеть от окружающего мира и прирастать к нему. Зависимость появляется только тогда, когда есть лишь одна эмоция. Мы зависим тогда, когда поклоняемся. Мы зависим, когда осуждаем. Мы зависим, когда испытываем восторг от нахлынувшего счастья, забывая о Боге. Мы зависим тогда, когда скорбим о потерянном счастье, также забывая о Боге и о любви. Только непрерывное ощущение Бога в себе, которое мы постоянно поддерживаем радостью, любовью и периодической отрешенностью, позволяет нам не зависеть от окружающего мира и не срастаться с ним.

Надо будет вернуться к этой теме еще раз. Но, по ощущению, вроде бы догадки правильные. Пройдет время, и все прояснится. Главное – всегда радоваться.



У меня в жизни было несколько аварий, когда я выжил только чудом. Чудом выжили и те, кто сидели рядом со мной. Перед первой аварией у меня было чувство превосходства и наплевательское отношение к людям. Перед второй аварией я спешил. Перед третьей аварией я достаточно быстро проехал почти весь отрезок пути и хотел побыстрее добраться до пункта назначения, чтобы внутренне похвастаться перед самим собой. То есть одновременно были и спешка, и ощущение превосходства над дорогой.

У моего дядьки, в отличие от меня, аварий не было ни разу. Хотя ему уже восемьдесят и он привык гонять по трассе с большой скоростью. Как-то мой приятель сидел с ним в машине. Они обошли всех, кто пытался идти весьма быстро.

– Ну, Михаил Семенович, вы даете, – не удержался от восхищения мой друг, – вы всех «сделали».

Дядька полуобернулся к нему и спокойно сказал:

– Я никого не «делал». Я просто шел с той скоростью, к которой я привык.

Ощущение превосходства на дороге – страшная вещь. У меня это чувство гарантирует аварию.

На дороге, которая называется «жизнь», происходит то же самое, только человек не всегда может отследить связь причины и следствия. Не принято связывать эмоции со здоровьем и судьбой, хотя индийская философия говорит об этом уже не одну тысячу лет.

Кстати, я всегда чувствовал заранее, что произойдет авария, но сознанием подавлял свои чувства. Интуиция – вещь нежная. Подавишь ее несколько раз – и она перестает работать. В жизни многого добивается тот, кто верит своему сверхсознанию. Наша логика всегда будет ограниченной и искаженной. Меня часто спрашивают, как развить интуицию.

– Первое правило, – отвечаю я, – это ее не убивать. Интуиция представлена в виде образов, чувств. Нежелательно давить чувства в угоду логике. А мы это делаем каждый день.

С детства меня приучили доедать то, что лежит на тарелке, и я каждый раз насиловал себя, свои чувства и свою интуицию. А потом как-то сказал себе: «Как только почувствую, что больше не хочу есть, – в ту же долю секунды я остановлюсь». Наши чувства знают, чтó мы должны есть, сколько и когда.

Наша интуиция связана с душой. То, что мы называем сверхсознанием и одновременно подсознанием, плюс наше сознание – все это называется «душа человека». Насилуя свои чувства, мы вредим собственной душе. Я перестал заставлять себя есть то, что мне не нравится. Я перестал доедать то, что положено на тарелку. Я стал внутренне спрашивать себя, хочу ли я есть этот продукт или нет, и на душе стало гораздо легче. Что означает чувство легкости в душе? Всего-навсего это означает, что пошла энергия, мы перестали топтать свою душу неправильными питанием и образом жизни.



Все-таки хорошо иногда побыть одному. Меня всегда тянуло к такой работе, которая позволяет не зависеть от других, сохранять творческое состояние. В юности я вел дневники, это тоже помогает осмыслению и развитию. В двадцать лет я написал свое первое стихотворение (это было четверостишье) и посвятил его себе. Тогда я, как все юноши, считал себя гениальным и никак не мог отделаться от этого ощущения. И хотя судьба у меня не складывалась, а, наоборот, все развалилось, я считал, что отмечен печатью гениальности. Посмотрев на себя в зеркало, я написал:

И узок лоб, и зад широк,

И все идет ему не впрок,

И дел не знает, как начать,

Но все ж на лбу видна печать.

Следующее стихотворение было посвящено чувствам и состояло уже из восьми четверостиший. А потом я написал целую поэму и на этом решил остановиться. Но тяга к творчеству никогда не остывала. Потому что творчество – это наслаждение. Творчество помогает любить.

Всю жизнь я постоянно что-то напевал себе под нос, внутренняя музыка помогала ощутить полет в душе. Когда я приехал в Ленинград и стал работать на стройке, я сменил несколько профессий – сварщика, плотника, электрика. Последняя понравилась мне больше всех, потому что позволяла иметь свободное время и определенную независимость. Конечно, электрик из меня был никакой – почему-то у меня все взрывалось и горело. Спасало только то, что я работал в строительном управлении, где начальником был мой дядька. И когда бригадир в очередной раз кричал: «Уберите композитора, я уже больше не могу!», дядька успокаивал его, и я оставался работать на стройке. Сколько раз я мог погибнуть, лучше не вспоминать.

А потом я решил уйти на вольные хлеба. Уволившись со стройки, я пришел в кинотеатр «Ленинград». Сказал, что я талантливый художник и могу работать у них оформителем рекламы. Мне дали в подсобники солдатика, который умел писать шрифты. Он научил меня азам оформления. А когда начальство разобралось, в чем дело, и меня собрались выгонять, я стал убеждать их в том, что уже чему-то научился. Меня оставили с испытательным сроком, и я достаточно быстро повысил свой уровень.

А устроился в кинотеатр я потому, что там проходил фестиваль иностранных фильмов. В 70-х годах в прокате в основном были фильмы советские. До сих пор помню, какое сильное впечатление произвел на меня французский фильм под названием «Скажите ей, что я ее люблю». В главной роли снялся Жерар Депардье.

Любое талантливое произведение, особенно поэтическое, является пророческим. Наиболее близки к пророчеству поэты. Пророк – это тот, кто видит будущее не одного человека, а целого народа или государства. Значит, он выходит на самые масштабные, тонкие слои будущего. Почему именно поэты? Сейчас, понятно, поэзия вырождается, стихи высасываются из головы. А раньше, когда душа была живее, стихи описывали чувства. Особенность стихотворения в том, что нужно уложиться в определенный размер и завершить строку рифмой. Для этого нужно почувствовать концовку фразы, увязать ее с началом. Нужно сжать причину и следствие. Хорошим поэтом может быть только тот, кто сжимает время, а время сжимается интенсивностью чувства. А интенсивность чувства определяется количеством любви. Потому человек, который не умеет любить и чувствовать, поэтом быть не может. А истинный поэт чувствует будущее, взаимодействует с ним, предвосхищает его, и это сказывается на его характере и его судьбе. Но это отдельный разговор.

Французский фильм явился для меня тогда откровением. В талантливом произведении время сжато, тенденции усилены. За короткое время фильма можно ощутить и прожить многие десятилетия. В этом фильме показано, как любовь молодого человека превращается в страсть. Эта страсть постепенно переходит в безумную привязанность, а затем становится маниакально-агрессивным состоянием. Сначала главный герой говорит о любви, затем – что хочет жениться на любимой и она должна принадлежать именно ему. Потом решает, что она должна принадлежать ему во что бы то ни стало. А потом начинает убивать других, для того чтобы одеть ее в подвенечное платье. В конце концов, он убивает и ее. Этот фильм блестяще показывает, как утрата веры и отрешенности приводит к утрате милосердия и жертвенности. Энергия любви, жертвенности, заботы и сострадания превращается в энергию наслаждения, потребления, агрессивности и уничтожения.

Я смотрел этот фильм более тридцати лет тому назад и понимаю, что он, действительно, был пророческим. Почему именно во Франции появился такой фильм? Царство разума, провозглашенное еще до Французской революции, неизбежно должно было превратиться в царство еды и секса. Поклонение инстинктам превращает любовь в звериное чувство, единобожника делает язычником, а язычника превращает в животное. Но судьба не всегда позволяет человеку превратиться в животное. Милосердная смерть часто останавливает разрушение души.



Я мысленно возвращаюсь к своим проблемам. Многое из того, что я раньше не понимал, неожиданно встало на свои места. Вспоминаю об одном пациенте, которому пытался помочь лет пятнадцать назад. Он ослеп, и врачи оказались бессильны. Проведя диагностику, я увидел в его подсознании сильнейшую ревность, агрессию к женщинам, непереносимость обиды от близких людей. И действительно, первая жена его обманула. Внешне человек может принять ситуацию, но если он не чувствует Божественной воли в произошедшем, правильно принять потерю, болевую ситуацию становится невозможным. Его проблемы передались сыну, и тот мог погибнуть. Отец, подстраховывая сына, ослеп.

Я говорил о том, что нужно преодолеть ревность, снять обиды на тех, кто разорвал отношения. Сохранить любовь и простить тех, кто предавал, изменял. Он четко выполнял мои инструкции, но эффект был нулевым, что-то внутри не отпускало. Я пытался нащупать в подсознании агрессивные программы, ведь именно они дают болезнь.

– Через десять лет после рождения сына у вас включилась мощная программа самоуничтожения, – сообщил я ему, – вы не хотели жить.

Он задумался, а потом мрачно произнес:

– Ничего подобного. Правда, я в то время сидел в тюрьме, причем совершенно незаслуженно. Но у меня не было уныния, я стал еще злее.

Я тогда не придал значения этой фразе. Я видел ревность и помогал бороться именно с ней. Но, в конце концов, я понял, что мой метод бессилен, и мы распрощались.

– Я уважаю вас и хорошо к вам отношусь, – сказал он, – но в ваш метод я не верю.

Я тогда не знал, что ревность – это замаскированная гордыня. Когда поклонение сознанию, идеалам и будущему уходит за «красную черту», тогда, чтобы выжить, человек сбрасывает, меняет направление и от духовного переходит к материальному. Вчерашний гордец превращается в ревнивца, и если лечить только ревность, эффект будет минимальным, поскольку причина не устранена.

Когда я видел слепых, я считал, что это проблемы ревности. И был прав, но только частично. Глаза слепит именно ненависть – невозможность принять крах будущего, унижение своего статуса, разрушение контроля над территорией. Гордец всегда будет ревнивым, хочет он того или нет. Но, к сожалению, тогда я этого не знал, потому что не мог понять, каким образом ревность переходит в гордыню, и наоборот. Это сейчас я понимаю механизм такого процесса.

Ведь в Библии упоминается только о двух главных грехах. Первичным является грех дьявола, то есть поклонение духовности. Это грех бестелесного существа. Вторичным является грех Евы, то есть человек, обретший плоть, начинает зависеть от инстинктов и забывать о своем Божественном происхождении. Поэтому все грехи я сводил к ревности и гордыне.

А потом оказалось, что есть главное звено – душа. В ней соединяются два потока энергии, мужской и женский. Именно в душе могут быть ревность и гордыня. Душа рождает дух и тело. Поэтому, когда зависимость от материального или от духовного становится смертельной, человек подсознательно смещает интересы в противоположную сторону, пытаясь выжить. У меня бывали пациенты, у которых и ревность и гордыня уходили за смертельный уровень. Как правило, у них были неизлечимые или смертельные болезни.

– Шансов выжить у вас мало, – честно предупреждал я. – В вашем положении, я думаю, можно забыть обо всем и идти только к Богу, это ваш шанс.

И часто люди выздоравливали. Теперь я знаю, почему. Через личное устремление к Творцу и любовь они очищали свою душу, и душа начинала оживать. Любовь к Богу снимает зависимость от материального и духовного. Агрессивность уменьшается, и болезни уходят.

Я тогда не знал, что ненависть к людям тут же превращается в самоуничтожение, а на тонком плане выглядит как нежелание жить. На уровне души мы все едины, поэтому ненависть к другим, то есть подсознательное желание уничтожить другого, тут же превращается в ненависть к самому себе, и происходит саморазрушение. Постепенно эта ненависть может выйти на поверхность в виде депрессии, уныния, нежелания жить. Поскольку душу мы ощущаем в районе груди, то этот район страдает, когда душа начинает засыхать.

Раньше проблемы с легкими я диагностировал однозначно: повышенная гордыня. Сейчас я понимаю следующее. Гордыня – это концентрация на духовном аспекте человека. Начинается она тогда, когда душа слабеет, перестает работать. Поэтому проблемы с легкими, сердцем можно назвать проблемами бездушия. Сейчас во всем мире на первое место вышли сердечно-сосудистые заболевания. Значит, с душой у людей проблемы. Правда, это и так видно невооруженным глазом.



Недавно я говорил с женщиной, занимающей высокий пост.

– У моего сына полная неустроенность в личной жизни, – поделилась она.

– А не думаете, что это связано с вами?

– Каким же это, интересно, образом?

– Если ваш сын женится, сразу же включится механизм очищения будущих детей. Богу дьяволята не нужны, а перенести чистку ваш сын не сможет. Скорее всего, он погибнет. Поэтому его смерть откладывается благодаря тому, что он не может найти себе нормальную женщину для создания семьи. Если у человека нет будущего, создание семьи для него самоубийственно.

– Что я могу сделать? – подавленно спросила женщина.

– Принять предательство как спасение, – сказал я.

Она пристально посмотрела на меня.

– Как вы считаете, я сильный человек?

– Да.

– Так вот, предательства я перенести не могу. Для меня это вещь невозможная.

Я улыбнулся одними глазами, глядя на нее.

– А как вы считаете, я сильный человек?

Она оценивающе посмотрела на меня, потом кивнула головой:

– Да.

– Так вот, я тоже предательство не мог принять и простить, абсолютно. Но, в отличие от вас, я могу диагностировать, и у меня очень быстро протекают все процессы. И когда я не хотел простить, я, в отличие от вас, видел, что будет с моими детьми.

Около двадцати лет назад была ситуация, когда меня в очередной раз предали. Я мысленно сказал себе: «Никогда не прощу». А через час моя маленькая дочка начала кашлять и задыхаться, и я увидел на тонком плане, что легкие у нее вот-вот перестанут работать. Я понял, что она умрет в течение нескольких дней. И тогда я поднял руки вверх и сказал: «Сдаюсь, я приму любую ситуацию и прощу всех, кто меня предал. Я понимаю, что они – ни при чем». У моей дочки была полная картина того, что называется воспалением легких. Через полчаса малейшие признаки болезни исчезли.

Когда вы решаете, простить обидевшего вас человека или нет, вам кажется, что вы выбираете унижение или достоинство. На самом деле, ваш выбор выглядит совершенно по-другому. Выбираете вы один из двух вариантов – либо смерть сына, либо жизнь. Этот выбор зависит от вас. Вам решать.

Вспоминаются и другие случаи. Насколько наивны мы часто бываем в своем отношении к жизни, сколько глупостей совершаем из-за своих неправильных взглядов. Проходит время, и разбросанные камни приходится собирать.



Так все-таки, что первично – дух или душа? Для меня это вопрос решенный. Представители православия, которых я спрашивал об этом, отвечали, что дух важнее.

Через некоторое время я проведу такой эксперимент. Моя знакомая позвонит в несколько православных храмов. Ей либо откажутся отвечать на этот вопрос, либо посоветуют прийти и поговорить со священником. Очень интересно ответит служитель одного из храмов:

– На этот вопрос каждый священник может ответить по-своему. Поэтому не надейтесь получить ясный, законченный ответ. Даже философы не могут определиться в этом вопросе.

Представляю себе, как тяжело приходится священнику, когда Библия сама дает разные толкования, а в православном мире нет единого мнения на этот счет. А ведь это, по сути дела, разрушение образа, лежащего в основе православной цивилизации.

Мне станет интересно, каково же по этому поводу мнение иудаизма. Я позвоню в Израиль своей знакомой, которая уже не один десяток лет изучает письменную и устную Тору. Ответ будет для меня неожиданным.

– На этот счет в иудаизме есть два разных мнения, – скажет она. – С одной стороны, можно говорить о первичности души, которая имеет много уровней и в своем высшем аспекте как бы непрерывной нитью связана с Творцом. И, в то же время, еще до появления жизни, как сказано в Торе, дух Божий носился над водой. То есть Божественные эманации, создавшие этот мир, принято называть духом. В этом плане дух первичен. Так что важно понять, чтó вы подразумеваете под душой и духом.

Таким образом, за понятием «дух» может скрываться несколько значений.

Возьмем христианство, догмат о Святой Троице: единый Бог выступает в трех ипостасях – Бог-Отец, Бог-Сын, Бог-Дух Святой. Я раньше считал, что это – время, пространство, материя. Потом понял, что все это – время, пространство и материю – можно обозначить понятием «Бог-Сын». Есть Творец в непроявленном состоянии, который за пределами пространства, времени и нашего понимания. Вероятно, Его можно назвать Богом-Отцом. То, что мы называем вселенной, есть проявленная часть Творца; ее можно назвать Богом-Сыном. И две эти на внешнем уровне противоположные ипостаси на самом глубинном плане являются единым Творцом и не имеют никакого различия. То есть Святой Дух – это есть Творец проявленный и непроявленный одновременно.

В православии, насколько я понимаю, этот догмат изложен весьма поверхностно: Бог-Отец – это непосредственно Творец, Бог-Сын – это Иисус Христос, а Бог-Святой Дух – это эманации Бога-Отца в этом мире. Вообще, здесь много различных толкований и много непонятного.

Есть аксиомы, не требующие доказательств. Есть теоремы, которые требуют доказательства. А есть постулаты, отражающие законы вселенной, из которых исходят и те, и другие. Если мы не можем определиться с постулатами, которые являются «зерном роли» в науке, то рано или поздно выстроенная картина мира неизбежно рухнет.

Духом можно считать сознание человека. Духом можно считать первичную Божественную энергию, пришедшую в этот мир. Духом можно считать абсолютного неделимого проявленного и непроявленного Творца. Но если мы, исследуя понятие «дух», исключаем такое понятие, как «эмоция, чувство», а значит, и понятие «любовь», то мы можем говорить только о сознании, которое не может быть первичным по отношению к любви.



Вспоминаю историю, которую рассказала мне знакомая. В ее доме висела икона, а рядом, приблизительно на той же самой высоте, она повесила картину «Русская тройка». Там изображены лошади, несущие по зимнему снегу телегу с разгулявшимися купцами. Радость, удаль, веселье. Через несколько дней в доме появился странный запах. Перерыли все комнаты, но источника найти не смогли.

– А ты знаешь, чем пахнет? – догадался муж. – Конской мочой! Но ведь лошадей-то мы здесь не держим.

Запах равномерно струился по всему дому. В конце концов, они сумели найти то место, где этот запах был наиболее сильным. «Русская тройка». Муж обнюхал картину, но не ощутил никаких запахов, а вот рядом с картиной запах был.

– И вдруг я поняла, в чем дело, – продолжала свой рассказ женщина. – Любовь дает чувство радости и счастья. Исполнение желаний тоже дает чувство радости. Но эти внешне похожие ощущения абсолютно различаются внутри. Если мы поставим между ними знак равенства, тогда получится, что секс, еда и выпивка равнозначны любви к Богу и можно одно заменить другим. Запах конской мочи – это был знак свыше, чтобы я убрала картину, изображающую желания, страсти и удовольствия. Человеческое не должно конкурировать с Божественным.

Женщина улыбнулась:

– Я убрала картину с того места, и запах сразу же пропал.

«Интересно, – подумал я тогда, – а почему не каждому человеку дают такой знак?» Секрет, скорее всего, заключается в следующем. Если человек пытается идти к Богу, любви и вере, ему дают знаки, когда он неправильно себя ведет. Если же личного устремления нет или оно очень слабое, знаки давать бессмысленно, и высшие силы уже не мешают медленному самоубийству, закрепляемому неправильными действиями. В том, что женщина рядом с иконой повесила картину, восхваляющую человеческие страсти, крылось незаметное нарушение третьей заповеди – «Не упоминай имени Господа всуе».

Для того чтобы ощутить Божественную логику, нужно внутренне отстраниться от всех привязанностей и сконцентрироваться на любви. Если же человек в состоянии земных страстей, с желаниями, привязанностями и корыстью молится или говорит о Боге, происходит незаметная подмена Божественной логики – логикой человеческой. Если бы иконописец пил водку, закусывая салом, борщом и огурцами, несколько раз в день занимался сексом со своей женой и при этом писал икону, то вряд ли на такой иконе мы смогли бы увидеть Божественный свет. А если бы он утратил главное – личное непрерывное устремление к Богу, то в этом случае даже воздержание и аскетизм не помогли бы.

Если человек обращается к Богу без отрешенности и любви, это означает только одно: Бог для него – средство, а целью является удовлетворение инстинктов. А тогда чем больше он будет молиться, тем сильнее он будет поклоняться своему телу и сознанию. Всего-навсего, система приоритетов. Если Бог – на первом месте, значит, высшей целью должно быть соединение с Ним и любовь к Нему. Тогда наши тело, дух и душа могут быть только средством для постижения Творца.

Архитектурные особенности православных и католических храмов, как, впрочем, и мечетей, сводятся к демонстрации главных приоритетов. Бог неизмеримо выше человека. Для того чтобы познать Творца, нужно подняться над своим животным и человеческим «я». Клетка ни на секунду не должна терять своей вторичности по отношению к организму, иначе она станет раковой. Человек, видя храм и находясь внутри него, должен ощущать ничтожность своего тела, желаний, связанных с ним, ограниченность своего сознания по сравнению с беспредельной Божественной волей. Чем явственнее человек будет ощущать свою ограниченность и ничтожность, тем больше у него будет потребность в Боге. Чем явственнее мы ощущаем иллюзорность нашего тела и сознания, тем сильнее мы устремляемся к вечному.

Творец един. Творец всемогущ и безграничен. Творец милосерден. Он вечен. А наша жизнь – это взмах крыльев бабочки. Когда мы забываем об этом, нам все более значимыми кажутся наша жизнь, наши интересы и наши инстинкты. Сиюминутное начинает заслонять от нас вечное.



Я вспоминаю, как реагировал раньше на многие события. Когда случалась неприятность, первыми чувствами были страх и паника. Я всегда думал о ситуации гораздо хуже, чем она есть, –согласно русской пословице: «У страха глаза велики». Паника превращалась в отречение и предательство, а потом становилась депрессией. Теперь механизм моих чувств стал понятен. Я жил будущим и молился на него, поэтому потеря будущего была для меня непереносимой. Одна только мысль о потере моих надежд, крахе будущего рождала страх, панику и ненависть. Поэтому у меня была тенденция плохо думать о людях. Я панически боялся предательства и постоянно его получал. Я внутренне отрекался от любви и верности, боясь, что меня предадут. А потом появлялось ощущение безысходности, то есть депрессия. Она должна была завершиться разрушением либо себя, либо других.

Представьте себе, что ребенок хочет построить что-то из песка, а у него не получается. У него возникает страх, что он не сможет этого сделать, перерастающий в панику. Для того чтобы сохранить положительную эмоцию, затормозить панику, нужно отказаться от того, что ее производит. Нужно разрушить то, что начал делать, отказаться от этого, – тогда становится легче. Непереносимость краха будущего неизбежно приводит к отречению от него как от источника боли. Альтернатива будущему только одна – настоящее. Это тело и его инстинкты.

Теперь мне стали совершенно понятны мотивы, которыми руководствовался глава секты «Аум Сенрикё». Он хотел, ни много ни мало, уничтожить все человечество. Это человек явно незаурядный, сумевший опутать своей сектой всю Японию и многие страны мира. Поразительно, но аура у него была неплохой. Насколько я знаю, ни один психолог не задался вопросом, почему это произошло именно в Японии и почему руководитель секты, объединивший огромное количество людей, главной целью для себя поставил уничтожение человечества.

А механизм оказался до предела простым. Этот человек целью и смыслом своей жизни сделал духовность, сознание, будущее. Как человек незаурядный, он ощутил, что у нынешней технократической цивилизации будущего нет. Паника быстро превратилась в депрессию, затем – в предательство и, в конечном счете, во всеобъемлющее желание уничтожить нежизнеспособную цивилизацию.



Мне кажется, нынешнюю ситуацию в России и в мире я принимаю слишком близко к сердцу. Да, есть тенденции к вырождению. Но есть и линии возрождения. Ведь никогда не бывает только плохого или только хорошего. Все-таки мои усиленные переживания по поводу будущего – это результат остаточной зависимости от него. Если начинаешь жить душой, то есть противоположностями, тогда печаль при виде процессов распада сопутствует радости от понимания, что за этим последует возрождение.

Даже если все человечество погибнет, мировая душа, частью которой является все живое на Земле, будет развиваться дальше. В других условиях, на других планетах. Душа человечества, всего живого на Земле, может возродиться на какой-нибудь другой планете в совершенно новом обличии. Абсолютный конец, полная остановка, прекращение, смерть приложимы только к поверхностному, физическому уровню. Для души это всего-навсего один из этапов развития.

Любую смерть можно рассматривать как завершение одного этапа и начало следующего. Когда ощущаешь это, в душе появляется постоянная радость. Можно переживать, сострадать, но на фоне постоянной любви и радости переживание и сострадание превратятся в желание помочь, изменить ситуацию. Если же любви нет, сострадание превращается в невыносимую боль. Тогда, чтобы спастись, человек уходит в полное равнодушие. А невыразимая боль при крахе идеалов сменяется предательством.

Чем сильнее человек поклоняется благополучию, материальному достатку, тем больше, в конечном счете, он поклоняется будущему, потому что корни материального – в духовном. Возникает только одна модель будущего, и ее крах приводит к невыразимым страданиям. Чем способнее, талантливее, духовнее человек, тем более статичны его идеалы, тем больше страданий он будет испытывать при крахе будущего и тем интенсивнее в его душе будет развиваться тенденция предательства и жестокости.

Тот, кто живет душой, будущего не боится. Именно эта модель дана была через Христа. Потом апостолы описали это состояние одной фразой: «Совершенная любовь изгоняет страх». У человека, который живет душой, будущее многовариантно. Если рухнула одна модель, легко создается другая. Для человека, который живет душой и любовью, такие эмоции, как страх, превосходство, осуждение, уныние, становятся забытым прошлым. Вместо страха потерять будущее происходит его непрерывное созидание. Вместо осуждения несовершенного человека включается желание ему помочь, изменить его, воспитать.

Чувство собственного превосходства или униженности уместно, когда у человека мало энергии. Подчеркивая свое превосходство над другими, человек пытается показать всем, что энергии у него больше. Тот, кто живет душой и любовью, не нуждается в демонстрации энергии. Он ее просто каждую долю секунды создает. Один человек держит в руках яблоко и хвастается, что оно у него крупнее, чем у других, а второй сажает яблоню и собирает урожай, с улыбкой наблюдая за первым.

Кажется, так легко перенести точку опоры с сознания, будущего – на душу и любовь. На самом деле, это процесс достаточно болезненный. Для многих он закончился смертью. История прекрасно знает, кто был одним из первых на этом пути. Для него попытка преодоления будущего закончилась трагически. Это был Иуда. Как и остальных апостолов, Христос наделил его умением лечить людей. Три года он жил бок о бок с учителем и внимал каждому его слову. Он был самым умным и дисциплинированным среди апостолов, поэтому Иисус назначил его главным администратором. Ящик для пожертвований хранился у Иуды, он закупал одежду и провиант для небольшой общины.

Почему же процесс перехода оказался невероятно трудным? А секрет в том, что для рождения нового нужно полностью потерять старое. Для того чтобы преодолеть зависимость от будущего, нужно его стопроцентно потерять или быть абсолютно готовым к его потере. Полная потеря – это, в принципе, смерть. Поэтому во всех религиях и эзотерических школах обряд инициации представлял собой реальное переживание собственной смерти.

В тайных школах – для того чтобы открыть сверхпособности и обрести власть над будущим. В религиях – для того чтобы ощутить: человек – это, в первую очередь, душа и только потом – дух и тело.

Иуда абсолютно верил Христу, а вернее – тому идеалу, который у Иуды сложился. Когда этот идеал рухнул, последовало предательство, а затем – самоубийство.

Две тысячи лет существует христианство, а в людях и по сей день присутствуют жадность, раздражительность, осуждение, зависть и уныние. Эти эмоции не позволят стопроцентно принять крах будущего, и этот крах может произойти на физическом уровне – как болезнь и смерть. Других вариантов, похоже, не дано.

На душе у меня неожиданно становится легче. Плакать и переживать бесполезно. Нужно попытаться выжить, попытаться помочь себе и другим. А для этого – научиться жить любовью и радостью. Устремление к Богу должно стать главным смыслом существования. Нужно ощутить, что любовь к Богу есть высшее наслаждение, которое несопоставимо ни с каким другим.

Россия в настоящее время является языческой страной. У нее нет идеологии, нет цели, объединяющей всех. Что сплачивает любую страну? Территория, язык, национальность, религия. Стратегические цели, нравственность, идеология – все это создается на основе религии и философии. Россия – многонациональная страна: много народов и много религий. Объединить такую махину может только нравственность, идеология и вера – вера в Бога, которая объединяет все религии на основе Десяти заповедей.



Я продолжаю свои размышления, прогуливаясь по спокойной, тихой улице. Можно, конечно, и к чиновникам, и к власти относиться с осуждением, но это только испортит здоровье и не даст никакого результата. Значит, нужно идти дальше вглубь, выходить на то, что позволяет чиновникам быть такими. Приходим к важному выводу – в основе лежит безнаказанность и бесконтрольность. Всему народу нужно стремиться к созданию действенных механизмов контроля безответственных чиновников.

В первую очередь нужно спасать нравственность, любовь и веру в стране. Только тогда разные религии, национальности и народы России объединятся в единое целое. И только тогда может быть создана идеология и стратегические цели. Если в России душа и нравственность будут поставлены на первое место, то эта модель существования спасет всю цивилизацию. Интересно, сумеет Россия сделать это или нет?

От будущего отказаться очень трудно, я знаю это по себе. Для того чтобы жить душой и любовью, нужно преодолеть искушение будущим. У меня этот процесс шел очень тяжело. И до сих пор я срываюсь на раздражение, осуждение, панику. Хотя я более или менее понимаю, насколько опасно поклонение будущему. А что же говорить о тех людях, которых с детства учили атеизму и поклонению куску хлеба? «Главное, – думаю я, – чтобы не погибла вера в Бога, тогда и народ выживет». В конце концов, есть государство, которое после полного распада возродилось через две тысячи лет. Сейчас, правда, в Израиле вера слабеет.



Я вспоминаю о своих проблемах. Понятно, почему у меня десять лет назад начали болеть почки. Оказывается, это было начало мучительного перехода от сознания к душе. Началась дестабилизация будущего, а принять эту потерю я не мог. Включалось подсознательное уныние, программа самоуничтожения. Она тормозилась постоянной, тупой болью в почках. Непереносимость краха будущего проявлялась не только как программа самоуничтожения. Защитный механизм перемещал точку опоры с будущего, с сознания – на тело. Гордыня превращалась в ревность, поэтому у меня начали крошиться зубы, возникли проблемы со зрением, с суставами.

Но я продолжал понемножечку барахтаться и двигаться вперед. И держать главный принцип – сохранять любовь к Богу каждую секунду. На протяжении этих десяти лет возможность сохранить любовь при разрушении будущего потихоньку возрастала, и, в конце концов, стал возможен возврат к душе, к ощущению ее первичности, что является нормальным, гармоничным состоянием для любого человека. В последние года два я стал мягче, терпимее, меньше стало паники и раздражения. Я научился сохранять радость там, где раньше видел только возможность для осуждения, печали и уныния.

Раньше я не понимал гениальных слов Есенина: «Грубым дается радость, нежным дается печаль». Грубый – это человек, который живет телом. Он радуется, когда получает, и ненавидит, когда у него отнимают желаемое. Нежный живет духовным, будущим. Он понимает, что все радости пройдут, что любое счастье будет потеряно, и реагирует на это печалью. Есенин не нашел дороги к Богу, он видел лишь материальное и духовное. Для того чтобы радоваться и печалиться одновременно, нужно выйти на уровень души. Нужно объединить противоположности в душе через любовь к Богу.

Коммунизм заставлял Есенина поклоняться будущему, и это многократно усугубляло его печаль. Его попытки быть грубым, ругаться матом, пить, увлекаться женщинами не сделали его счастливее. Наоборот, подтолкнули к смерти. Меня иногда спрашивают, верю ли я в версию убийства Есенина. Я отвечаю просто: когда тебя убивают, стихов писать не будешь. Настоящие стихи пишутся душой, а не головой. Стихотворение «До свиданья, друг мой, до свиданья…» мог написать только Есенин. Больше говорить не о чем.

Я опять вспоминаю свои проблемы с почками. Ясновидящая в Израиле определила и мой род занятий, и мои проблемы по здоровью. Когда я пожаловался ей на боли в печени, она покачала головой:

– У тебя проблемы не с печенью, а с почками.

Как потом выяснилось, она была права. Оказывается, органы в нашем теле подстраховывают друг друга, работая как единый ансамбль. Если почки работают слабо, часть функции почек берет на себя печень. Боли в печени – это знак, что она не справляется из-за повышенной нагрузки.

– Вылечить свои почки ты не сможешь, – сказала ясновидящая, – но я дам тебе семена одного растения, они улучшат твое состояние.

Я потом попробовал, на вкус эти семена были очень горькими. А когда я на тонком плане посмотрел их воздействие, получилась любопытная картина. Будущее как бы обволакивалось, уменьшалась зависимость от него.

Итак, возможности преодолеть будущее израильская ясновидящая у меня не увидела. А женщина, которая гадала мне на кофейной гуще в Саратове, тоже говорила о проблемах с почками, но совершенно по-другому:

– Вы считаете, что это болезнь, но это не так. Эти проблемы вы преодолеете. Я вижу вас как бы на вершине горы с флагом в руке. Вы победите.

Любопытно, что в России ясновидящая увидела у меня новое будущее, а в Израиле – нет. Вероятно, энергетика страны также влияет на возможности ясновидения.

Иногда события ставят человека в абсолютно безвыходное положение, и человек считает, что это конец. Если он находится на уровне тела или духа, то так и происходит. Но через любовь и веру, через спасение своей души можно совершить любое чудо.



Я улыбаюсь, вспоминая другой случай. Как-то я был в гостях. Речь зашла об онкологии, и одна моя давняя знакомая неожиданно напомнила:

– А ведь у меня десять лет назад был рак, диагноз – «меланома». Тогда я позвонила вам и сказала, что у меня все плохо.

Я наморщил лоб, пытаясь вспомнить эти события, но память была девственно чиста.

– И что я сказал?

– Что я любить не научилась. Что отказываюсь от любви через недовольство собой и судьбой. Что постоянно критикую близких. Что мне нужно реально внутренне меняться.

– Неужели у вас это получилось, с вашим-то характером? – иронически заметил я.

Она громко засмеялась в ответ.

– Получилось, получилось, еще как получилось. Правда, не сразу. Недели три я старалась, но, наверное, толку было мало, потому что вы позвонили и сказали, что не видите никаких изменений. И выразили это в весьма грубой форме.

Я сделал круглые глаза.

– Я, в грубой форме, по телефону? Это невозможно.

– Было, было, – снова засмеялась она. – После этого я опять начала работать над собой, никогда еще так не старалась. И сразу стало легче на душе. А потом я пошла на новый консилиум, и мне сказали, что так бывает очень редко, но, тем не менее, иногда происходит. Оказалось, что анализы у меня чистые и онкологии нет.

Я подумал тогда, что многие люди часто не могут мобилизоваться, чтобы пройти трансформацию. Человеческий организм – это единая система. Для того чтобы изменилось одно звено, должны, в какой-то степени, измениться все звенья. Тот, кто опирается на тело и сознание, пройти полную трансформацию не может. Для такого человека потеря денег, власти, благополучия, будущего – вещь непреодолимая. Для многих легче умереть. Когда душа перестает ощущать свое Божественное «я» и срастается с человеческим, тогда боль от потери привычных ценностей становится непереносимой. Без любви и веры процесс трансформации становится невозможным.



Когда я понял, что душа лежит в основе всего и в первую очередь нужно заботиться о ней, сразу же сознание стало спокойнее и желание выпить, которое раньше появлялось, как-то незаметно практически сошло на нет. Есть известное выражение древних римлян: «Истина – в вине». Понятно, чтó оно означает. Когда глушится сознание, душа может активнее открываться, поэтому человек становится искренним. Он становится ближе к истине, потому что душа ближе к любви, чем сознание. Но если душа радуется и активно живет, а сознание не пытается подмять ее под себя, – тогда и алкоголь не нужен. Да, можно выпить, стать более искренним и поговорить, что называется, по душам. Но алкоголь вместе с сознанием глушит и высокие чувства.

Раньше я думал, что вино дает наслаждение, что оно – источник удовольствия. А потом понял, что удовольствие – во мне. Вино, как допинг, активизирует его, заставляя меня быть счастливым. То есть если человек не может радоваться добровольно, вино помогает ему радоваться принудительно. А любой принудительный процесс – это насилие. У кого душа радуется, тому алкоголь уже не нужен.

Люди, исповедующие язычество, могут иметь очень высокие, великолепные нравственные, духовные качества. История древнего мира дает нам такие примеры. В чем же тогда разница между единобожником и язычником? Человек, поклоняющийся разным богам, может быть добрым, порядочным и благородным, а может и не быть. Человек, поклоняющийся единому Богу, должен быть порядочным, нравственным и благородным и подлежит наказанию, если он таковым не является.

Для того чтобы быть высоконравственным человеком, нужен высокий уровень энергии. На нравственность уходит много душевных сил. Поэтому процесс перехода от язычества к единобожию всегда был мучительным. Этот переход требует духовной и физиологической перестройки, – чтобы не скатиться обратно. Человек попросту умрет, если в его сердце будет смешиваться венозная и артериальная кровь, как это происходит у змей и ящериц. Для того чтобы развитие было стабильным, деградация должна быть невозможной, смертельно опасной.

Еврейский народ долго и мучительно переходил к единобожию – через строжайшее соблюдение заповедей, через воздержание и лишения. Люди часто скатывались назад, в язычество, когда сытный кусок хлеба и временное благополучие становились для них важнее нравственности и душевной свободы. Таких Моисей убивал. А когда слабость охватывала бóльшую часть народа, Бог помогал ему чудесами. Язычество достаточно долго сосуществует рядом с единобожием. Постоянно есть искушение свалиться вниз, на низкие энергетические уровни, превратиться в животное, поклоняться инстинктам. Каждый раз человек должен побеждать в себе стремление к этой легкой деградации.



Если вдуматься, чем магия отличается от религии? Главное отличие – корысть и лень. Если религия требует соблюдать заповеди и проходить этапы мучительного самосовершенствования, то магия предлагает несколько заклинаний, которых достаточно для того, чтобы получить желаемое. Все мы выросли на сказке «По щучьему велению, по моему хотению», а теперь удивляемся, почему в стране неразбериха и всеобщая тенденция к воровству. Многие маги и оккультисты используют христианские молитвы и обращаются к Христу для достижения своих животных и человеческих целей. Ни о каких изменениях, ни о каком воспитании своей души речи здесь не идет. Многие объявляют себя «белыми магами» и гордо декларируют, что совершают только добро, имея в виду исполнение корыстных желаний. Когда любовь является служанкой у корысти, когда энергию любви используют как средство для реализации инстинктов, – это и есть дьяволизм, оккультизм и магия. Поэтому, на самом деле, принципиальной разницы между черной и белой магией никогда не существовало. Любая белая магия рано или поздно становится черной.

Корысть неявная всегда превратится в корысть явную. Современный мир пропитан корыстью. Общественность всего мира в последнее время недоумевает, почему цена нефти, которая всегда была привязана к объему ее продаж, в последние пять лет вдруг выросла в несколько раз, хотя объем продаж не изменился. Общество не понимает, почему прогнозы экономистов оказываются ложными. Возникает ощущение, что экономические законы перестали действовать. На самом деле, экономические законы действуют.

Представьте себе: живет человек, зарабатывает деньги, кладет их дома в тумбочку, а потом на эти деньги покупает все необходимое. Весь этот процесс можно назвать экономическими законами в действии. А затем в один прекрасный день к нему в дом залезает вор. Человек собирается пойти на рынок за продуктами, а денег в своей тумбочке не обнаруживает. Он широко разводит руками и объявляет: «Экономические законы перестали действовать». Если этот человек будет пытаться жить только по экономическим законам, он, скорее всего, умрет с голоду. А выживет только тогда, когда поймет, что должны выполняться и законы уголовные. А также – и тот главный закон, который ими поддерживается, – нравственный закон. Вывод простой: в безнравственном обществе надеяться на экономические законы бесполезно.

«Суета сует», – думаю я. Все знают, чем заканчивается поклонение низменным страстям. Все знают, что единобожник, ставший язычником, нежизнеспособен. Все знают, что человек безнравственный отнимает здоровье и жизнь у собственных детей. Но современный мир ослаб душой и духом. Для того чтобы он вернулся к истинам, изложенным в Библии и других Священных книгах, наверное, нужен очень сильный толчок.

Все мы все равно придем к Богу. Опоздавших не будет. Но те, кто идут добровольно, получают право на счастье. А настоящее счастье – это не деньги, не власть, не благополучие. Это внутреннее состояние, когда душа радуется, чувствуя в себе любовь и единение с Творцом. Остальные придут принудительно.

Вспоминаю ситуацию в театре. Спектакль был очень слабым. Чем больше артисты кричат, чем быстрее они бегают по сцене, чем явственнее всякие ужимки и прыжки, тем слабее спектакль. Чем слабее содержание, тем агрессивнее форма. При очередной глупости на сцене, провоцирующей на смех и аплодисменты, весь зал одобрительно заревел и захлопал. Моя жена наклонилась к женщине, сидевшей рядом, и, наблюдая, как та восторженно аплодирует, спросила: «Вам этот спектакль, действительно, нравится?» Женщина посмотрела на нее и вдруг растерянно ответила: «Не знаю…»

Поскольку газеты, телевидение, радио, различные журналы принадлежат частным лицам, то именно они определяют, во что должен верить народ и кому он должен хлопать. И народ будет хлопать и будет верить во что угодно и в кого угодно, только не в Бога.

Вера в Бога делает человека внутренне свободным и независимым. Истребление души, наверное, будет продолжаться до того момента, пока человечество не переступит «красную черту». Тогда вспомнить о Боге и вернуться к Нему придется принудительно. И тогда по-новому прозвучат истины, уже известные всем на протяжении нескольких тысячелетий.

Похожие статьи:

Лазарев С.Н.Что такое любовь?

Лазарев С.Н.Об эффекте Джанибекова

Лазарев С.Н.Архивы лекций Лазарева С.Н.

Лазарев С.Н.Выступление в Москве 3 и 6 октября 2008г

Лазарев С.Н.О Сергее Николаевече Лазареве

Рейтинг: 0 Голосов: 0 5489 просмотров
Комментарии Сайта (10)
Комментарии Вконтакте

← Назад